Дом-музей М.Горького

Особняк был выстроен в 1900-1903 годах по заказу банкира и фабриканта С.П. Рябушинского. Степан Павлович был большим любителем и знатоком искусства, поэтому строительство дома было поручено его близкому другу – архитектору Ф.О. Шехтелю, который полностью спроектировал интерьеры и внешний вид здания.
Фриз здания облицован глазурованным кирпичом и мозаикой. Интерьеры дома спланированы рационально, внутреннее пространство используется с экономией и расширяется при помощи витражей. Композиция помещений группируется вокруг парадной 12-метровой лестницы-волны.
Шехтель был приверженцем архитектурного символизма, сочетая специфику модерна и учитывая интересы хозяев он создал мир образов с общей тематикой водной стихии: лестница-волна – символ вечного движения жизни, лилии и саламандры на капители колонны у тайной старообрядческой молельни – символ борьбы добра со злом и т.д.
В декоре использовано множество растительных узоров, изображений насекомых, животных надводного и подводного мира: черепахи, медузы, морские коньки, ракушки и др. Окна вестибюля украшены витражами в виде огромного крыла бабочки, мозаика пола изображает водную зыбь, рельеф лепнины напоминает подернутый ряской пруд с нерасторопной улиткой.
В этом доме С.П.Рябушинский держал знаменитую реставрационную мастерскую икон. В 1917 году Рябушинским пришлось эмигрировать, часть собрания икон была передана в Третьяковскую галерею. С 1919 года здесь располагался Госиздат, с 1925 по 1931 годы – Всесоюзное Общество культурных связей с заграницей. За эти годы были утрачены мебель и осветительные приборы, выполненные по эскизам Шехтеля, разрушена вентиляционная система и разобран уникальный камин из каррарского мрамора, находившийся в столовой.

В 1931 году особняк был передан в распоряжение Максима Горького, где позднее открылся его  музей.

Сам Горький не участвовал в выборе своего жилища и не высказывал никаких пожеланий. Уникальные витражи, паркет из ценных пород дерева, живописные потолки, роскошные люстры, лепнина — дом на Малой Никитской не очень-то соответствовал вкусам писателя из народа. Горький прожил в доме на Никитской всю оставшуюся жизнь, до 1936 года. Он поселился на первом этаже — подниматься по двенадцатиметровой лестнице больному писателя было сложно. А наверху устроилась его семья — сын Максим Алексеевич с женой Надеждой Алексеевной и внучки Марфа и Дарья.

Самая большая комната служила столовой, гостиной. Постоянное место Горького за столом отмечено чайным прибором. Завтрак обычно проходил в узком кругу, более оживленно становилось за обедом и вечернем чаем. Здесь проходили встречи Горького с многочисленными гостями, прежде всего писателями, людьми искусства; велись многочисленные дискуссии о тогдашнем методе литературы, получившем название «социалистического реализма».  Почти все известные писатели 1930-х годов побывали у Горького — его дом заменял им писательский клуб.

В кабинете писатель проводил утренние часы с 9 до 2 дня, отводя самое продуктивное время работе над своими произведениями. Эта комната более других отражает вкусы Алексея Максимовича. Кабинет был похож на рабочие комнаты писателя там, где он жил — в Сорренто в Италии, Теселли в Крыму, на подмосковной даче в Горках. Во второй половине дня Горький работал здесь над рукописями начинающих писателей, отвечал на письма многочисленных корреспондентов, занимался редакторской работой по руководимым им изданиям. Вдоль стен стоят шкафы, где разместилась внушительных размеров коллекция — Горький собирал резные работы из кости мастеров XVIII – XX веков (нецки).

В спальне – только необходимое. Спальный гарнитур — случайное приобретение при меблировке дома и не отражает склонности писателя. В шкафу и комоде — личные вещи и одежда Алексея Максимовича.
По его просьбе повешена угловая книжная полка, на которой расставлялись книги для ежедневного вечернего чтения. На тумбочке возле кровати — снимок старшей внучки Алексея Максимовича — Марфы. Это одна из самых последних фоторабот сына — Максима Алексеевича, он скончался 11 мая 1934 года. Эту потерю Горький фактически не смог перенести и пережил сына лишь на два года.

Leave a Reply